Timeplus-kazan.ru

Консультации адвоката
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Эксперт Сирот нужно отучить слепо доверять органам опеки

Лишить детей, жилья и прав: Монстр опеки пожирает русские семьи

Органы опеки превратились в автономную структуру, которая выведена из-под контроля государства. Система профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних больше похожа на круговую поруку людей, объединённых общими коммерческими интересами. Судьба сирот, детей и семей в трудной жизненной ситуации их вовсе не интересует. Почему так произошло и что делать, мы поговорили с Надеждой Гольцовой, адвокатом Московской коллегии адвокатов, юристом РОО «Иван Чай». Надежда давно и плодотворно защищает права семьи, представляя в суде интересы родителей, родственников и опекунов.

«Государственные» дети

Надежда Гольцова: Люди представляют себе, что у нас правовое социальное государство. Мы ищем логику, рассчитываем на соблюдение конституционных прав: неприкосновенность жилища, право воспитывать своих детей, право на получение информации о них – всё это разом перестаёт работать тогда, когда в деле появляется опека.

Это она, приходя в дом, считает, что неприкосновенность жилища и частной семейной жизни – это их не касается, потому что они поставлены непосредственно государством. Нам, адвокатам, даже часто говорят:

Нас президент поставил, потому что дети – государственные!

И это не частное мнение какого-то чиновника или работника – эта формулировка принята во всех регионах.

Александра Машкова-Благих: Такое ощущение, что у них есть где-то бункер, в котором они просвещаются на тему того, что дети государственные, а потом выходят в люди и несут нам свои представления

Н. Г.: Есть много вещей, которые не прописаны в законах, но эти разрушительные алгоритмы работают с завидным единообразием везде, что лишний раз укрепляет во мнении, что, действительно, есть какой-то штаб, где вырабатываются эти жуткие принципы работы с родителями или потенциальными опекунами.

И принципы эти разработаны не для помощи детям или улучшения условий жизни семьи. Вся система работает на самообслуживание и воспроизведение удобных сценариев.

Например, в случае смерти матери ребёнку, очевидно, было бы легче пережить потерю и устроиться у родных, у знакомых людей. И у опеки есть и инструменты, и полномочия для того, чтобы помочь ему в этом. Но ребёнок попадает в приют, в детский дом и дальше идёт по сиротскому конвейеру или в приёмную семью.

Недавно произошла такая история: мама маленькой Ксюши умерла после продолжительной болезни. Девочка последние два года фактически жила в семье своей крёстной, эта семья была готова удочерить Ксюшу. Однако супругам было отказано даже во временной опеке – девочку поместили в приют и, несмотря на наличие претендентов на удочерение, стали готовить к передаче в приёмную семью, которая «уже два года стоит в очереди на девочку».

Ребёнок с недвижимостью – на прицеле у опеки

Есть подозрение, что в данном случае имеет значение и квартирный вопрос. Например, у бабушки Ксюши зачем-то отобрали паспорт, мотивируя это тем, что она его непременно потеряет или отдаст квартиру мошенникам.

В моей практике была абсурдная ситуация, когда бабушка взяла внучку под опеку в связи со смертью матери ребёнка. Бабушка была бодра, активна и с ясной головой. Но она решила, что нужно подарить внучке дом, в котором они вместе проживали, – на всякий случай закрепить имущественные права внучки. А дальше произошло интересное: спустя непродолжительное время опека в одностороннем порядке расторгает договор с бабушкой! Внучку забрали в приют, а бабушке сообщили, что ей нужно платить арендную плату за проживание в доме, который является имуществом несовершеннолетней гражданки, находящейся под опекой государства! Имущество должно быть использовано в интересах несовершеннолетней, а её интересы – получать деньги. И если бабушка не в состоянии сама оплатить аренду, мы, мол, найдём более богатых съёмщиков.

В целом – да, наличие недвижимости у ребёнка заставляет опеку присматриваться к нему внимательнее.

А. М.-Б.: Одновременно с этим, если речь идёт уже о выдаче жилья детям-сиротам, опека начинает вилять хвостом, чтобы его очередь отодвинуть как можно дальше и реализовать его право на жильё наиболее витиеватым и странным способом.

Н. Г.: В кризисных ситуациях органы опеки зачастую действуют не в интересах ребёнка, а по какой-то своей логике, которая, кажется, направлена исключительно на пополнение приютов и детских домов. Некоторым снисхождением пользуются приёмные «профессиональные» семьи, которые интегрированы в систему, прошли соответствующее обучение и всегда находятся немного на виду.

Возможность передачи под временную опеку была разработана специально для того, чтобы ребёнок, оставшийся без попечения родителей, мог жить у родственников или знакомых семьи.

А. М.-Б.: Почему такое недоверие к родственникам и отсутствие мотивации с ними сотрудничать?

Н. Г.: Работники опеки хотят подстраховаться. У нас отсутствует презумпция невиновности родителей, презумпция добросовестности родных и близких ребёнку людей. Есть только презумпция подозрений: работники опеки исходят из того, что если не перебдеть, то родные бабушки и тётушки навредят ребёнку.

При этом есть профессиональные опекуны и попечители, с которыми всё намного проще: если в этих семьях что-то случится, можно сказать: «А вот мы сделали всё правильно, а они в ШПР обучались, а мы закон соблюли».

Пример из моей практики: ребёнок был изъят у матери, которая была в разводе с отцом. Об этом узнали родственники отца, искали этого ребёнка, навещали, всячески проявляли интерес, дельно и бюрократически готовились его забрать. И при всём при этом ребёнок в какой-то момент пропал из поля зрения, уехал к невесть откуда взявшемуся опекуну в другой регион. И вот сейчас идут суды, в рамках которых ребёнка пытаются вернуть. Перспективы там очень сложные.

А. М.-Б.: Надо зафиксировать эту мысль: опека не на стороне родителей и родни. Она всегда чуть больше на стороне профессиональных приёмных семей.

Приоритет не удобство ребёнка, а козни родителям

Н. Г.: Помимо удобства работы внутри отлаженной системы, такое положение дел обусловлено самой процедурой изъятия. Ведь после изъятия опека обязана выйти в суд с инициативой лишения родителей родительских прав. Изъятие должно быть обоснованным, то есть родитель должен быть как можно хуже (холоднее, черствее, асоциальнее). Поэтому опека изымает ребёнка и дальше делает всё не для того, чтобы помочь семье или улучшить условия проживания конкретного ребёнка, а для того, чтобы лишить родителей прав или ограничить их.

А. М.-Б.: Что изменилось за последнее десятилетие в работе системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних?

Н. Г.: Органы опеки набрались больше опыта – то, что смущало когда-то, уже не является препятствием к решительным действиям сейчас. К нам стали обращаться вполне благополучные семьи: поводом для вмешательства опеки становятся проблемы со школой, совершенно законный отказ от каких-либо прививок, подростковые кризисы. Например, девиантное поведение пубертатного подростка, то, что он курит или прогуливает уроки, – всё ставится родителю в вину.

То есть наши клиенты теперь – это не только одинокие мамы или очень бедные семьи, нет! Приходят благополучные, финансово и социально защищённые пары, которые, например, не согласны с какими-то странными школьными правилами. Это люди с активной жизненной позицией, они имеют ресурсы для заботы о ребёнке, они хорошо знают свои права. И при этом их могут преследовать органы опеки просто за их совершенно законные родительские решения и гражданскую активность!

А. М.-Б.: Органы опеки – государственные люди. А их действия подрывают доверие людей к государству. Именно их отношение к нам, к семьям, люди считают отношением государства к себе!

Подобное отношение стоит считать экстремистской и подрывной деятельностью.

Читать еще:  Статья за кражу виды воровства и тяжесть наказания

Превышение своих полномочий органами опеки и попечительства: как написать жалобу и куда ее направить?

Согласно действующему законодательству Российской Федерации, органы опеки и попечительства должны защищать права несовершеннолетних граждан, а также детей, находящихся под опекой. В их обязанности входит контроль за опекунами и лицами, которые намерены усыновить ребенка. Эти государственные органы выполняют и другие немаловажные задачи.

Если органы опеки превышают свои полномочия (например, берут взятку), нужно немедленно писать жалобу на таких сотрудников. При возникновении других претензий гражданин РФ имеет право обратиться в соответствующие органы с заявлением о том, что уполномоченное лицо плохо справляется со своими основными обязанностями. Так куда жаловаться на органы опеки?

  • 1 Кому подчиняется отдел опеки и попечительства?
  • 2 Куда жаловаться на органы опеки и попечительства в отношении детей?
    • 2.1 Прокуратура
    • 2.2 Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка
    • 2.3 Уполномоченный по правам человека в РФ
  • 3 Как правильно написать жалобу?
  • 4 Обжалование отказа на установление опекунства

Кому подчиняется отдел опеки и попечительства?

Органы опеки и попечительства подчиняются прокуратуре, уполномоченному при президенте РФ, а также уполномоченному по правам человека в Российской Федерации.

Куда жаловаться на органы опеки и попечительства в отношении детей?

Составленное по всем правилам заявление можно отправить по почте или воспользоваться электронной приемной. Жаловаться на превышение полномочий сотрудниками данной государственной структуры рекомендуется в суд, прокуратуру, а также уполномоченному по правам ребенка и человека.

Прокуратура

Как известно, прокуратура тщательно отслеживает соблюдение свобод и прав граждан Российской Федерации. Она также следит за тем, чтобы все законы скрупулезно исполнялись определенными структурами и службами. Это касается и органов местного самоуправления, контроля.

Должностные лица этих учреждений должны соблюдать нормы и законы. Жалоба в прокуратуру регистрируется в течение трех суток с момента поступления. Решение, которое не нуждается в дополнительном сборе данных и сведений, принимается в течение двух недель.

Максимальный срок рассмотрения заявления составляет тридцать дней. На исправление ошибок и неточностей, если они присутствуют, выделяется ровно одна неделя.

При составлении жалобы на органы опеки и попечительства следует учитывать:

  1. все указанные сведения обязательно должны быть полными, достоверными. Нужно обратить внимание, что заявления, оставленные анонимно, рассматриваться не будут;
  2. текст следует писать исключительно на русском языке. Он должен быть разделен на предложения и абзацы;
  3. изложенная информация должна быть полной, емкой. Если сведений будет недостаточно, то жалобу вернут обратно;
  4. если заявление направлено в онлайн приемную, то заявитель может прикрепить к нему аудио, видеозаписи, а также различные текстовые доказательства;
  5. в случае, если присутствуют материалы, которые имеют объем больше допустимого, то их можно отправить по почте.

Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка

Еще индивидуально ведется страница в социальных сетях. Нужно обратить внимание, что на официальном сайте предусмотрена электронная приемная. Здесь можно составить онлайн жалобу на органы опеки и попечительства, а также заполнить соответствующую форму.

Писать жалобу рекомендуется по адресу уполномоченного в регионе вашего проживания. Здесь также предусмотрен свой срок подачи жалобы. Она должна быть подана не позднее одного года со дня нарушения прав и свобод конкретного гражданина.

Уполномоченный по правам человека в РФ

Существует несколько вариантов обращения при помощи сети интернет:

  1. электронное письмо;
  2. обращение в социальных сетях.

Еще при желании можно отравить электронное письмо почтой России. При этом рекомендуется обязательно соблюдать нормы этики и переписки.

Как правильно написать жалобу?

Нужно обратить внимание, что текст заявления может быть написан как от руки, так и набран на компьютере. Последний вариант воспринимается значительно легче. Необходимо разбивать его на абзацы, предложения.

Рекомендуется придерживаться логики повествования. Только так суть проблемы будет значительно яснее, четче прослеживаться. Крайне важно оформить документ так, чтобы ничто в нем не отвлекало внимание читателя от главного вопроса, заданного в письме.

Следует избегать предоставления недостоверной, ложной информации. Рекомендуется писать разборчиво, без грамматических, орфографических, пунктуационных и стилистических ошибок. В тексте не должно быть ругательств, пустых рассуждений.

Вся информация должна быть краткой и максимально емкой. После написания обязательно нужно поставить дату и подпись. Еще рекомендуется оставить адрес для связи. Во всех остальных случаях письма останутся без рассмотрения и не будут приняты.

Уполномоченный при президенте Российской Федерации по правам ребенка занимается решением вопросов, касающихся нарушения прав несовершеннолетних.

Вероятнее всего, если ваше обращение не имеет отношения к данной теме, его просто отправят в ведомство без вашего участия.

Заявление вовсе не будет рассмотрено.

+7 (499) 288-73-46;
8 (800) 600-36-19

Это быстро и бесплатно!

Дорогие читатели! Для решения вашей проблемы прямо сейчас, получите бесплатную консультацию — обратитесь к дежурному юристу в онлайн-чат справа или звоните по телефонам:

Обжалование отказа на установление опекунства

Каждый человек имеет право обжаловать отказ органов опеки относительно установления опекунства. При этом рекомендуется обращаться в суд с соответствующим заявлением.

Не нужно забывать о том, что несовершеннолетние дети причисляются к одной из наиболее незащищенных категорий граждан. Это несмотря на то, что они обладают полным набором прав и свобод взрослого человека. Государственные органы и всевозможные структуры отстаивают права детей, а также тщательно следят за тем, чтобы они не были нарушены.

Российские депутаты хотят отменить неродственную опеку

Ведь на пособиях и льготах детям под опекой можно прилично сэкономить!

«Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления» — заметил в позапрошлом веке сатирик Салтыков-Щедрин, и российские власти изо всех сил стремятся соответствовать его заветам. Не успели мы отойти от изумления по поводу очередной попытки внедрить налог на бездетность и малодетность, и вот – новая напасть: член комитета Госдумы по соцполитике Сергей Вострецов и глава Национального родительского комитета Ирина Волынец рассказали телеканалу «Russia today» о своей работе над новым законопроектом, который отменит само понятие неродственной опеки.

Небольшая справка: сегодня в России есть несколько форм семейного устройства детей, оставшихся без попечения родителей:

  • усыновление (которое полностью уравнивает в правах кровных и приемных детей),
  • безвозмездная опека – своеобразный договор между опекуном, который должен непосредственно заниматься воспитанием, и государством, которое частично берет на себя материальные затраты на содержание ребенка;
  • приемная семья – вид возмездной опеки, когда приемный родитель, помимо прочего, получает еще и зарплату.

Возмездная опека очень популярна и сегодня, а несколько лет назад и вовсе была основным видом семейного устройства. Приемные родители рассуждали так: да, есть определенные неудобства от постоянного надзора государственных органов, зато пособие ребенка – какая-никакая, а подмога в наши непростые времена,

” а главное – у ребенка будет право поступить в вуз на льготных основаниях, а в 18 лет государство обязано обеспечить его жилплощадью!

Тем не менее, именно усыновление является приоритетной формой семейного устройства детей, и сегодня органы опеки негласно, но отдают предпочтение потенциальным усыновителям, а не опекунам.

Конечно, часто решение взять ребенка под опеку было вызвано отсутствием иной возможности семейного устройства: например, кровные родители были лишь ограничены в своих правах на время отбывания наказания в местах лишения свободы.

Также под опеку брали детей родственники – было бы странно, если бы бабушка или тетя, о родстве с которыми ребенок был прекрасно осведомлен, внезапно оказывались «по документам» мамами. Вот именно этот последний вид опеки депутаты и хотят оставить как единственно возможный (спасибо, и на том!), прочие же виды семейного устройства – отменить. Хотите воспитывать – усыновляйте, и денег не просите!

Читать еще:  Выход из гражданства Украины в 2021 году отказ госпошлина

Логика депутатов, в принципе, объяснима: в последнее время «на слуху» сразу несколько скандальных историй, которые промаршировали по страницам федеральных СМИ под лозунгом «Дети – это деньги».

Во-первых, невероятное по своим масштабам дело семьи Дель из Подмосковья, у которых изъяли приемных детей. Супруги воспитывали 16 детей, из которых ровно половина была под опекой, а остальные – кровные и усыновленные. По словам проверяющих, подопечные жили в ужасных условиях и подвергались насилию. Поскольку размер выплат детям под опекой определяется местными властями (а Москва и Московская область – финансово благополучный регион, где серьезно поддерживают приемные семьи), а несколько подопечных детей в семье были ВИЧ-инфицированны,

пособия семьи Дель действительно шокируют провинциалов — 674 тысячи рублей ежемесячно!

Мы не будем даже пытаться разобраться, хорошими или плохими родителями была скандальная чета, просто отметим, вслед за депутатами: 15 миллионов за два года могут быть очень серьезным соблазном для людей, оказавшихся в трудном материальном положении.

Этот тезис невольно подтвердила семья из Калининграда, переехавшая в Подмосковье с семью приемными детьми и несколько лет добивавшаяся «московских» пособий. Дети получали только ежемесячные выплаты в размере 18 тысяч рублей на каждого ребенка. При этом в Москве пособия могут достигать 85 тысяч рублей на ребенка! Если учесть, что достигшим совершеннолетия детям выдаются в столице однокомнатные квартиры, неудивительно, что семья решила воспользоваться таким шансом (нужно заметить, по отчетам властей Московской области, число таких «соискателей пособий» растет в геометрической прогрессии).

Удивительно другое – отчаявшись получить деньги, приемные родители… сдали в детский дом всех приемных детей, старшему из которых – 12, а младшему – всего три года!

Оба дела находятся на личном контроле у детского омбудсмена Анны Кузнецовой. Но она лишь разводит руками и сетует, что почему-то нет желающих усыновить «бывших Делей», особенно ВИЧ-плюсиков, да и в Калининграде, куда вернули «иммигрантов» нет желающих принять в семью всех семерых.

Наконец, самая свежая и самая чудовищная история произошла в Волгоградской области, где в обычной сельской семье воспитывались четверо приемных малышей. Когда самый младший, возможно случайно, получил серьезные ожоги ног, приемная мать не стала обращаться в больницу, опасаясь, что за такую оплошность ее могут лишить права опеки. Когда ребенок от полученных травм скончался – закопала его во дворе, рассказав домашним, что ребенка украла его родная мать. Муж-опекун находился в очередном запое и ничего не заметил.

Когда прошло 8 месяцев, супруги забеспокоились, что к ним могут приехать сотрудники опеки и попросту пересчитать детей – пособие на погибшего малыша все это время им исправно выплачивалось. Тогда они решились на отчаянный шаг – поехали в соседнюю Ростовскую область и там, на глазах у бабушки, похитили на рынке в небольшом городке трехлетнего малыша, внешне похожего на погибшего подопечного.

Это решение их и подвело – бог весть, когда бы опека собралась к ним пересчитывать детей, а вот за киднеппинг местная полиция взялась всерьез.

«В детдомах есть надзор, проверяющие структуры и взаимопроверяющие. А когда детей отдают обычным людям и выплачивают за них солидные суммы, то выходит, что весь контроль зависит только от сотрудников службы опеки. Случается даже так, что детей уже нет в живых или они становятся беспризорниками, а семьи продолжают годами получать за них деньги», — пояснила глава родительского комитета Ирина Волынец.

Возможно, сейчас вы склонны с ней согласиться, но вспомните, что за последние пять лет число детей, содержащихся в социальных учреждениях, сократилось со 105 тысяч до 59! Чем выше выплаты, тем смелее потенциальные приемные родители решались на «сложные случаи»: детей-инвалидов, которым требовалось постоянное лечение; подростков, установить контакт с которыми можно было, только приложив огромные душевные усилия, «паровозики» — череду братьев-сестер, которых нельзя было разлучать при семейном устройстве…

Но и это-то и подозрительно, полагает Волынец: потенциальные опекуны, по ее словам, неспроста сознательно выбирают детей с умственной отсталостью или с другими заболеваниями ментальной сферы — на их содержание государство платит больше. А в случае, если опекуном заинтересуются правоохранительные органы, жалобы таких детей не имеют юридической силы.

” Казалось бы, есть много способов не выплеснуть вместе с водой ребенка. Например, заменить материальные льготы нематериальными: оплатой лечения детей в лучших медицинских учреждениях, оплатой образовательных услуг для них, наладить бесперебойную работу службы психолого-педагогической поддержки… Наконец, просто ограничить «выдачу сирот в одни руки».

Ведь, по мнению некоторых экспертов, трагедия семьи Дель как раз и произошла вследствие того, что, поддавшись чувствам, они не рассчитали свои силы, взяли под опеку больше детей, чем были в состоянии воспитать.

Но наши депутаты, как вы понимаете, не любят полумер, а, может быть, попросту незнакомы с сутью проблемы, представляя ее только по газетным публикациям. К примеру, тот же Сергей Вострецов, один из разработчиков законопроекта, сообщил «Russia today», что «будущим усыновителям предъявляются огромные требования, к потенциальным опекунам их значительно меньше» (на самом деле пакет документов практически идентичен), «усыновить ребёнка тяжело — должна быть полная семья» (законодательство не ущемляет одиноких граждан в желании усыновить ребенка). Возникает ощущение, что цель законотворцев – сэкономить госбюджет, а вовсе не оградить сирот от корыстных опекунов, коих, к слову, все-таки меньшинство.

Минобрнауки сообщило, что ведомство совершенствует правовое регулирование опеки, но не рассматривает подходы, направленные на уменьшение поддержки института приёмных семей. В министерство подобные инициативы пока не поступали. Планируется, что инициативу Вострецова-Волынец обсудят на круглом столе в Госдуме в конце мая — начале июня, а там – кто знает…

Хочется закончить эту небольшую заметку еще одной бессмертной цитатой из Салтыкова-Щедрина: «Цель издания законов двоякая: одни издаются для вящего народов и стран устроения, другие — для того чтобы законодатели не коснели в праздности». Как жаль, что у нас до сих пор преобладают вторые…

Ни любви, ни жалости. Как детдома и опекуны зарабатывают на сиротах

Семья решается усыновить ребёнка. Какие молодцы, подумали вы? Действительно, для того чтобы решиться взять в семью сироту, нужны большая смелость, ответственность и, конечно, доброе и любящее сердце. Но сейчас рассказ будет не об этом.

В 2008 году жительница Магаданской области, имя которой, к её же счастью, пока не раскрыли для общественности, решила, что ей нужны деньги. Она не пошла воровать, убивать (наверное), она, возможно, и работать не пробовала. Она решила… усыновить ребёнка. Причём абсолютно здорового. Предприимчивая девушка убедила своего мужа, что им непременно нужен сын, — тот согласился. И вот малыш попадает к своим новым родителям.

А дальше стало происходить то, что мог бы по достоинству оценить разве что Гитлер. Женщина просто перестала кормить ребёнка. Она морила его голодом долго и методично, до тех пор, пока у мальчика не нашли серьёзное заболевание желудочно-кишечного тракта.

Горе-мать всё просчитала: из-за этой болезни малыша признали инвалидом и назначили пособия, льготы, компенсации и другие социальные выплаты. По некоторым оценкам, семья могла получать от 10 до 20 тысяч рублей в месяц.

План обогащения был просчитан до мелочей. Инвалидность в России нужно регулярно подтверждать в органах соцзащиты (даже если у вас нет ноги, да. А вдруг она выросла?). Для несчастного ребёнка сумасшедшей женщины это означало, что кормить его лучше и вкуснее в ближайшее время не станут. Чтобы он не умер от голода, родители давали мальчику минимальное количество еды, просто чтобы он существовал. Так продолжалось 7 лет (!).

Читать еще:  С ЕНВД на упрощёнку разбираем часто задаваемые вопросы

К счастью, эту историю все узнали из сообщения Следственного комитета — мучительницу всё же раскрыли. Произошло это на очередном приёме врача — медики обратили внимание, что ребёнок почти превратился в скелет, и сразу же его госпитализировали. А потом рассказали обо всём полиции.

Местное управление Следственного комитета возбудило уголовное дело сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса. Это статья 156 (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего), статья 111 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью), статья 159 (мошенничество при получении выплат) и статья 165 (причинение имущественного ущерба путём обмана или злоупотребления доверием).

По версии следствия, за все годы, что женщина издевалась над ребёнком и обманывала государство, она успела заработать 2,5 млн рублей. Дело уже передано в суд. Предположительно, горе-мать надолго сядет за решётку, где ограниченно питаться уже будет она (но всё же гораздо лучше, чем её сын).

Отойти от леденящего ужаса, который охватывает после такого рассказа, сложно, но в ситуации, очевидно, надо разбираться. По мнению юриста по семейным делам Виктории Дергуновой, главный вопрос, который должен возникнуть у следственных органов — где всё это время были органы опеки?

— Когда мы говорим о приёмной семье, стоит понимать, что за тем, как она живёт, постоянно должны следить органы опеки и попечительства. В данном случае, очевидно, нужно проверять не только родителей этого несчастного ребёнка, но и органы опеки. Почему они столько лет не обращали внимание на состояние ребёнка? Проводили ли они проверки соответствующим образом? — сказала эксперт. — Я думаю, если будет установлено, что органы опеки не исполняли свои обязанности, то в отношении конкретных должностных лиц будут проведены проверки и в итоге они будут наказаны.

По словам руководителя благотворительного фонда «Волонтёры — в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, вопросы вызывает и работа врачей, которые все эти годы наблюдали мальчика.

— Органы опеки — это не медики. Они видят справки от врачей и имеют все основания им доверять. Но почему медики так поздно поняли, что с ребёнком что-то не так? Ведь эта женщина его водила к разным специалистам, насколько мне известно, и только в московской больнице состояние ребёнка вызвало сомнение у медиков, — считает она.

Бизнес на беззащитности

Как бы ужасно это ни звучало, но случаев, когда на беззащитных детях, которые волею судеб оказались в детском доме, наживаются все, кто может, — и родители, и органы опеки, и сотрудники детских домов, действительно много.

Один из них произошёл совсем недавно и поверг всю страну в шок. В Челябинской области сотрудники одного из местных интернатов, где жили дети с отклонениями в развитии, продавали своих воспитанников педофилам. Как выяснили опекуны сирот и волонтёры, детей беспрепятственно навещали взрослые мужчины, которые уводили их за пределы интерната и насиловали.

Страшное преступление помогли раскрыть сами дети. Двоих ребят из интерната взяла к себе на воспитание жительница Челябинска. Как она рассказывала потом, она сразу заметила за детьми странности — они всё время говорили о каком-то «дяде Сергее», рассказывали, что он к ним приходил, гулял с ними.

Жительница позвонила приёмной матери другого ребёнка, который раньше был в этом интернате. Оказалось, что тот мальчик тоже рассказывал жуткие вещи, например, что «дядя Сергей» забирал его на рыбалку и «трахал его».

— Я позвонила директору детдома, чтобы узнать, что за странный дяденька к ним приезжает. Там о нём оказались в курсе. Сказали, что он якобы хотел взять под опеку детей, но ему отказали и больше он не приезжает. Директор, как заезженная пластинка, убеждала нас, что рассказанное мальчиком — плод его воображения. Говорила нам, что у детей диагноз, что у таких ребят очень бурная фантазия, и они всё могут придумывать, — приводят слова приёмной матери журналисты челябинск.74.ru.

Позднее выяснилось, что у руководства интерната и педофилов всё же был преступный сговор. Сколько извращенцы платили за оргии с больными детьми, не сообщается. Следственный комитет проводит расследование.

Более невинным покажется мошенничество с квартирами и пособиями сирот. После 18 лет воспитанники детского дома выходят во взрослую жизнь, а так как у них чаще всего нет близких совсем, государство должно дать им квартиры.

Как рассказали эксперты, нередко детский дом обманным путём заставляет сироту отказаться от квартиры в пользу чужих людей. И порой выделенные на покупку жилья для сирот деньги складывают к себе в карман чиновники.

И все эти преступления раскрываются либо по воле случая, либо когда зло переходит все мыслимые и немыслимые границы. Жизнь детей-сирот превращается в русскую рулетку: кому-то повезло попасть в порядочную семью или хотя бы к добрым педагогам в детском доме, а кого-то могут продать педофилам. Ведь заступиться за них, по сути, некому.

Помогать, нельзя бояться

Елена Альшанская с сожалением констатирует: жестокость по отношению к детям действительно существует повсеместно — и в приёмных семьях, и в детских домах. По её мнению, важно, чтобы насилие в отношении детей считалось абсолютно неприемлемым без каких-либо послаблений. Пока будут продолжаться дискуссии на эту тему, мол, дети часто сами провоцируют жестокость, плохо себя ведут и так далее, такие случаи будут повторяться, считает она.

— Порочна сама система. У нас не готовят специально педагогов для детей-сирот. Есть, например, ШПР (школа приёмных родителей. — Прим. Лайфа), где хотя бы родителям пытаются помочь справиться с усыновлением. Для сотрудников детского дома ничего подобного нет. В результате к работе с непростыми детьми, у которых в жизни могли быть травмы — в конце концов это одинокие дети, очень уязвимые, — привлекаются люди не очень порядочные. Да, у них может быть педагогическое образование, они могут, к примеру, хорошо преподавать математику, но работа с травмированными детьми — это совершенно другая история. Это другие навыки, другие знания.

Все подобные истории обязаны отслеживать органы опеки. В случае с несчастным голодающим ребёнком из Магадана никаких комментариев от местных органов опеки не поступило. В областной администрации не смогли оперативно ответить на запрос Лайфа.

В Министерстве труда и социальной защиты на вопрос Лайфа о том, почему за жизнью ребёнка не следили уполномоченные органы, отвечать не стали и перенаправили все вопросы к Минобрнауки. Там, в свою очередь, отметили, что региональные вопросы в их компетенцию не входят.

Чиновникам свойственно не вникать в человеческие истории, но свою роль могут сыграть и простые люди, которые находятся рядом.

Как рассказала юрист Виктория Дергунова, если вы вдруг узнали о жестоком обращении с ребёнком в приёмной семье или услышали о регулярных издевательствамх над детьми в детдоме, нужно обязательно реагировать и стараться помочь.

— Если вы стали свидетелем жестокого обращения с ребёнком, если у вас появились какие-то опасения за его жизнь, то, конечно, нужно звонить 02 не откладывая, — уверена специалист. — Полиция и органы опеки и попечительства должны беспристрастно разбираться с каждым подобным случаем. Конечно, все ошибаются, и, возможно, не всё так критично. Но нередко молчание доводит подобные ситуации до критических, когда помочь уже будет гораздо сложнее.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector